Бианки «Небесный слон»

Виталий Бианки «Небесный слон»

Товарищей у Андрейки нет. Отец в море ушёл, в плаванье. Матери некогда всегда: одна с Андрейкой живёт в домике на берегу залива. Кругом вода, да песок, да кусты. Скучно Андрейке. Говорила мать: живут на том берегу залива зелёные лягушата. Прыгают с кочки на кочку, в воду шлёпают, кувыркаются. Андрейка и пристал: достань да достань ему лягушат!

Вот и сегодня: поиграл под деревом, надоело, — и опять за своё:

— Лягушонков хочу!

— Ишь какой липкий! — говорит мать. — Подожди, вот печка истопится, — поеду, привезу тебе товарищей.

И верно: скоро управилась, вышла на крыльцо. На небо глянула: дождя бы не случилось! Напугается мальчонка.

Нет, какой дождь! Солнце. Зной. Небо синее-синее, белые облака высоко стоят. Одно только облачко как будто потемней за тем берегом. Маленькое, — далеко очень.

«Ветра нет, — думает мать. — Не скоро нанесёт. До того берега рукой подать. Живо назад вернусь».

Взяла вёсла, уключинами звонко брякнула.

Говорит Андрейке:

— Сиди тут, никуда не бегай! Увижу, что убежал, всех лягушат в воду выброшу.

Сама калитку заперла: никуда мальчик из ограды не денется. Лодку столкнула, взмахнула вёслами — птицей понеслась лодка по гладкому заливу. Молодая у Андрейки мать, ловкая. Остался Андрейка один дома. Сидел на крылечке, смотрел, как убегает чёрная лодка по голубой воде. Скоро стала лодочка с гуся, потом с утку. Скучно сидеть так, ждать. Андрейка облака стал разглядывать. Разные облака на небе: одно — как булка, другое — как корабль. Корабль вытянулся — и стало полотенце. Мелкие облачка, как стая чаек на голубом заливе. А внизу, над тем берегом — тёмное облачко. Совсем как маленький слон в книжке с картинками: и хобот и хвост. Смешной слоник: всё выше карабкается, растёт на глазах...

Высокий лес на берегу закрыл от матери тёмное облачко. Лодка врезалась носом в тину. В берег хлынула лёгкая волна. Мать выскочила, втащила лодку на берег. Взяла жестянку для лягушат и пошла в лес. А в лесу — болото. Лягушата сидят по кочкам. Забавные, маленькие. Верно, вчера ещё плавали головастиками: у каждого сзади куцый хвостик.

«Плюх! Плюх! Шлёп, шлёп, шлёп!» — все в воду. Поди-ка поймай их!

Забыла мать про тёмное облачко.

Прыгает с кочки на кочку, гоняется за лягушатами. Одного поймает, в жестянку посадит — и за другим. Не заметила, как стало кругом совсем тихо. Над заливом ласточки пролетели низко-низко — и пропали. В лесу перестали петь птицы. Набежала сырая, холодная тень. И когда мать подняла голову, над ней уже низко нависло чёрное небо...

Андрейка видел, как маленький небесный слон вырос в большого слона. Большой слон выпустил хобот, покрутил им — и опять втянул в себя. Потом откуда-то взялись у него три тоненьких хобота. Они вились, вились — и вдруг слились в один толстый, длинный хоботище. Хоботище начал расти вниз. Вытягивался, вытягивался и достал до земли. Тогда слон пошёл. Жутко задвигались его толстые чёрные ноги. Земля загудела под ними. Громадный небесный слон шёл через залив прямо к Андрейке...

Мать увидала, как из чёрного неба между ней и заливом опустился круглый столб. Навстречу ему из болота вырос такой же столб.

Вихрь подхватил его и ввинтил в тучу.

Туча с рёвом и грохотом понеслась по небу. Мать вскрикнула и бросилась к лодке. Вихрь сшиб её с ног, прижал к земле и держал крепко. Вскочить не могла: воздух стал упругий и твёрдый, как толстая резина. Мать поползла, цепляясь руками за кочки. В спину ей больно ударило жестянкой, в которую она собирала лягушат. Ещё увидела, как с земли стремительно понеслись в небо какие-то тёмные точки. Потом ливень стеной стал перед глазами. Весь воздух загрохотал, и стало темно, как в погребе.

Зажав глаза, ползла наугад: в темноте сразу потеряла, где лодка, где залив, где Андрейка. И когда разом перестала слышать грохот, успела только подумать: «Оглушило!» — и открыла глаза.

Светло. Дождь перестал. Чёрная туча быстро уносилась к тому берегу. Лодка лежала вверх дном. Мать побежала, перевернула её, столкнула в волны и со всей силы налегла на вёсла...

Громадный небесный слон ревел и шагал прямо на Андрейку. Он вырос в большую гору, закрыл полнеба, проглотил солнце. Уже не видно было ни ног ни хвоста — крутился один только толстый хобот. Рёв приближался. Чёрная тень побежала по песку.

Вдруг сухой песок под крыльцом закружился столбушкой и больно, как булавочками, заколол Андрейке лицо.

Андрейка вскочил на ноги:

— Мама!..

В тот же миг вихрь подхватил его, поднял высоко над крыльцом, закружил и помчал по воздуху. Хлынул ливень — и с ним на землю посыпались комья болотной тины, рыбы, лягушки.

Мать со всей силы налегла на вёсла. Лодка прыгала на водяных ухабах. Наконец — берег! Страшно было глядеть: с дома сорвало крышу, ставни, двери. Лежал поваленный забор. Дерево переломилось пополам, висело вершиной к земле.

Мать бежала к дому, громко кричала Андрейку. На взбудораженном песке мешались под ногами комья тины, дохлые рыбы, сучья. Никто не отвечал ей. Мать вбежала в дом. Андрейки нет. Выбежала в сад — и в саду нет.

А ветер стих, и в голубом небе опять сияло солнце. Только вдали, чуть грохоча, уносилась маленькая чёрная туча.

— Унесло моего Андрейку! — крикнула мать и бегом пустилась за тучей.

За домом — песок. Дальше — кусты. Они цепляются за платье, мешают бежать.

Мать выбивалась из сил, всё тише подвигалась вперёд. И вдруг совсем остановилась: перед ней на кусте висел клочок Андрейкиной рубашки.

Рванулась вперёд. Вскрикнула, всплеснула руками: худое тельце Андрейки, исцарапанное и голое, лежало на земле под кустом.

Мать схватила его на руки, прижала к груди. Андрейка открыл глаза и громко заплакал.

— Слон, — всхлипывая, спросил Андрейка, — убежал?

— Убежал, убежал! — утешала мать, торопливо шагая с ним к дому.

Сквозь слёзы Андрейка увидал сломанное дерево, поваленный забор, дом без крыши. Всё кругом было разрушено, разломано, разбито. Только у самых ног прыгал по песку маленький зелёный лягушонок.

— Смотри, сынок, лягушонок! Да смешной какой: с хвостиком! Это его ветром принесло к тебе с того берега.

Андрейка поглядел, протёр ручонками глаза. Мать спустила его на землю перед испуганным лягушонком.

Андрейка всхлипнул в последний раз и важно сказал:

— Здгастуй, товаищ!

Похожие статьи:

Рассказ Виталия Бианки «Лесные домишки»

Рассказ Виталия Бианки «Кто чем поёт?»

Рассказ Виталия Бианки «Чьи это ноги?»

Рассказ Виталия Бианки «Красная горка»

Рассказ Виталия Бианки «Чей нос лучше?»

Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!